snail

И так же будет залетать цветная бабочка в шелку

Эндрю Штульман в своей книжке, которую прочла, кажется, уже вся моя френдлента (вот здесь есть русский перевод), попутно высказывает мысль, мне и самой приходившую в голову: человечество на протяжении своей истории не только выдвигает и тестирует новые гипотезы, но и изобретает все более эффективные способы передачи приобретенного таким образом знания следующим поколениям. Сам он придумал замечательный, на мой взгляд, способ объяснения механизма эволюции – или, скорее, способ проверки степени понимания этого механизма.

Collapse )

snail

И Агнец снял четвертую печать

Самой непосредственной опасностью ИИ мне кажется та, что возникает после изобретения любого нового технического средства: что им завладеет условный доктор Но – кто-то из жителей планеты, чьи цели далеки от бентамовского максимального блага для максимального числа людей. Легко представляю я и другой сценарий, многократно обыгранный в научной фантастике: что ИИ, который озадачили, например, оптимизацией производства электроэнергии, решит, что для этого надо уничтожить все человечество.

Collapse )

snail

Не все постигнул ум надменный, не все светло для мудреца

Бестселлер Ника Бострома (настоятельно рекомендованный мне уважаемым 109) в основном посвящен проблемам искусственного интеллекта, но в первых главах автор разбирает и возможные способы когнитивного усовершенствования биологического варианта.

Collapse )

snail

Кого ж любить? Кому же верить?

Ну хорошо, скажете вы, я готов довериться эксперту – но как я отличу знатока от шарлатана, если речь идет о далекой от меня области? На мой взгляд – и Том Николс, о книжке которого я начала рассказывать в прошлый раз, с этим согласен – надо обращать внимание на то, какой репутацией пользуется человек среди своих коллег. В наш век покупных дипломов назваться экспертом может всякий, но если специалисты в той же области никогда о нем не слышали, то почти наверняка он самозванец. Да, изредка случается, что люди с улицы предлагают какую-то разумную идею; но все равно оценить степень ее разумности вы сами, не будучи специалистом, не сможете.

Collapse )

snail

Ни дома, ни в школе, нигде, никому

Человечество дорого заплатило за то, чтобы предоставить каждому право голоса. Получив это право, каждый решил, что его мнение столь же ценно, как и мнение любого другого – даже в областях, требующих многолетнего обучения и профессионального опыта. Эта современная тенденция разом перечеркивает все преимущества разделения труда, на котором базируется успех человечества как вида. Том Николс озабочен этим так же, как я, и в своей книжке пытается разобраться в причинах этого явления.

Collapse )

snail

Ее глаза – как два тумана, полуулыбка, полуплач

Если посмотреть на историю искусства с высоты очень, очень птичьего полета, то трудно не заметить, что степень реалистичности изображения описала этакую колоколообразную кривую. Конечно, не всякий художник или скульптор стремится копировать окружающий мир, но откуда же он черпает вдохновение для полета своей фантазии?

Collapse )

snail

Все дни направляются случаем

Мало какая научная гипотеза до сих пор встречает такое сопротивление публики, как дарвиновская теория эволюции. Подозреваю, отпор вызывает даже не отступление от Библии, а помещение случайности в центр мироздания. Как это озвучил Эйнштейн по другому поводу, «Бог не играет в кости». А еще через пару лет Фрэнк Рамсей показал, что абсолютная случайность, понимаемая как отсутствие закономерности, в принципе невозможна. (Правда, именно эта, понятная для чайников, формулировка теории Рамсея вроде бы принадлежит Теодору Моцкину).

Collapse )

snail

Есть тандемные повторы, есть и ретротранспозоны

В своей книжке, рекомендованной мне уважаемым evgeniirudnyi, Джеймс Шапиро претендует на «новый взгляд на эволюцию из 21-го века». По мнению автора, «традиционное представление об эволюции и мутации заключается в том, что у живых клеток нет естественных генно-инженерных способностей для осуществления специфических адаптивных изменений», и он считает своим долгом рассеять это заблуждение. Однако еще в мое студенческое время (1984) вышел фундаментальный труд Р. Б. Хесина «Непостоянство генома» – и это в Советском Союзе, где генетика, «продажная девка капитализма», долгие годы пребывала под запретом. Я уж не говорю о почитаемой автором Барбаре Мак-Клинток, изучавшей транспозоны в 1950-е годы.

Collapse )

snail

Для общих благ мы то перед скотом имеем

Человек отличается от всех других животных тем, считает Александр Лобок, что «заявляет свой познавательный интерес по отношению ко всем без исключения предметам окружающего его мира, независимо от того, какова их биологическая ценность». Более того, человек еще и удваивает этот мир, нагружая каждый предмет культурной семантикой. Миф же служит проводником по миру смыслов, «предохраняет человека от того, чтобы тот не оказался подавленным ошеломительным многообразием открывающихся в его предметной деятельности возможностей». В пояснение автор описывает ситуацию скульптора, при взгляде на кусок мрамора якобы «подавленного» многообразием открывающихся там перспектив. Мне сдается, однако, что у скульптора сначала появляется вполне определенная идея статуи, и только потом он прицельно подыскивает материал, подходящий для ее воплощения.

Collapse )

snail

То тарелками пугают – дескать, подлые, летают

Мысль о том, что роль мифа – социально-демаркационная, а не объяснительная, попадалась мне и раньше; да иначе и трудно понять такие явления современности, как вера в плоскую Землю. Александр Лобок, о книжке которого я начала рассказывать в прошлый раз, формулирует ее так: «Миф – это тайный язык смыслов, сама суть которого состоит в том, чтобы сделать данную культуру эзотеричной, непроницаемой для представителей других культур. Миф – это знак избранничества человека, появившегося на свет в данном племени. Это тайная подкладка его жизни, сам смысл которой состоит в ОТДЕЛЕНИИ этого человека от всех прочих, родившихся в иных культурных общностях».

Collapse )