?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Иные верят, что «цивилизованный человек» отличается от «дикаря» лучшей способностью сознательно контролировать свое поведение. (Заметьте, в этом контексте «разум» выступает полным синонимом «сознания»: «разумное поведение» – это и значит сознательное!).


Разработано много тестов, позволяющих измерять способность к самоконтролю. Из них самый знаменитый – детский вариант, когда предлагают на выбор или взять одну конфету сейчас же, или две – через некоторое время. Оказалось, однако, что отпрыски камерунских крестьян (насколько мне известно, это максимальное приближение к «дикарям», на которых проводили подобный эксперимент) проявляют не меньше, а больше терпения, чем немецкие детишки :)

Но постоянное развитие технологий и правда требует от нас все большей способности к самоконтролю. Когда-то голод был постоянным спутником человека, так что любую добытую еду нужно было сразу съедать, не раздумывая. Теперь жителям развитых стран необходимо сознательно ограничивать свое потребление всегда доступной пищи, дабы избежать риска ожирения и связанных с ним недугов.

Правда, я сомневаюсь, что тотальный сознательный контроль поведения должен быть нашей целью. Сознание работает медленно, а многие жизненные ситуации требуют быстрого решения. Так что я возлагаю бóльшие надежды на постепенную смену стереотипов – на замещение одних автоматических реакций другими, более соответствующими новым условиям. А вы что думаете, уважаемые френды?


Вот он, знаменитый «зефирный эксперимент» Уолтера Мишела

Posts from This Journal by “прогресс” Tag

  • Сегодня мы – как никогда

    Идею прогрессивного развития человечества обычно связывают с представлением о линейном времени, характерным для авраамических религий. А вот…

  • Прогресса нет. И хорошо, что нет

    Технический прогресс – залог нашего благополучия. Однако преимуществами каждого нового изобретения сначала могут воспользоваться далеко не все, что…

  • Да разве могут дети юга

    Мы тратим столько усилий, чтобы защитить себя от зимнего холода и голода: шьем шубы, строим дома, а теперь еще и теплицы, чтобы круглый год…

Comments

hugan
Jan. 8th, 2019 01:07 pm (UTC)
мне кажется, с этой самой сексуальностью - и у Фрейда и вообще - есть проблема с сущностным определением, из-за чего споры о роли сексуальности в жизни становятся, имхо, сильно похожи на споры о терминах. Можно униварсальную "жизненную силу" обозвать Либидо, тем самым намекая, что она как-то связана с сексуальностью.. Но непонятно, что это меняет по существу. Ясно, что сексуальность - кооперативное поведение, использующее очень общие эмоционально-мотивационные паттерны, связанные с доверием, обработкой фрустрации, контролем и пр общими вещами. Ясно также, что чексуальность часто бывает сильным стимулом, что позволяет ей вызывать сильные переживания и актуализиовать максимально общие из этих паттернов (кстати, этому способствует и ситуация культуры умолчаний вокруг сексуальности: неназванное имеет тенденцию оставаться не слишком осознанным, его регуляция может быть недостаточно конкретизирована). Общие мотивационно-эмоциональные паттерны прямо реализуются в сексуальном поведении, и, разумеется, могут быть смешаны с ним - особенно если конкретная семантика сексуальности неясна. Что мы знаем о ней? "активное", "пассивное", "фалличевское" - можно более или менее произвольно выдумать массу подобных названий и объявить их сортами сексуального поведения, но никак нельзя гарантировать, что они сколько-нибудь универсальны, выходят за рамки конкретной культуры или даже конкретногоьличного опыта... Я думаю, без введения склько-нибудь конкретных определений сексуальных стимулов, а главное - без ответа на вопрос о том как человек научается их детектировать, как "нистинкт" понимкает, какие стимулы считать "триггерными" и какими действиями на них отвечать - разговоры о сексуальности остаются слишком нестрогими..

Проблема усугубляется тем, что сексуальное поведение, с одной стороны, выглядит в значительной степени "предобученным", но при этом размертывается и опредмечивается с явным использованием прижизненно приобретенного опыта: т е его "предобученность" должна касаться каких-то очень общих семантик, "опредмечиваемых" прижизненно, привязываемых к конкретному опыту, в том числе (детскому) опыту общего кооперативного взаимодействия.

У разных позднейших психоаналитиков есть попытки выделения таких семантик.. - но, на мой взгляд, они недостаточно опираются на общие понимания того, как работает репрезентация вообще, как какая-либо семантика может быть представлена в психике. Мои попытки восполнить этот пробел для себя в конечном итоге ведут меня к машинному обучению - этой новой метафоре психики, снова, как это много раз бывало и ранее, возникшей вне психологии..

Edited at 2019-01-08 01:29 pm (UTC)
egovoru
Jan. 9th, 2019 12:51 pm (UTC)
"сексуальное поведение, с одной стороны, выглядит в значительной степени "предобученным"

Поскольку половое размножение есть уже у инфузорий, надо полагать, что и у человека основы сексуальности - врожденные, то есть, генетически обусловленные. Но врожденные - это не значит проявляющиеся прямо с рождения; наследуется ведь вся программа развития. Мозг ребенка продолжает развиваться по крайней мере до 20 лет, да и потом он остается достаточно динамичным, вплоть до того, что в нем образуются новые нейроны. На этом фоне утверждение, что сын-младенец испытывает ревность к отцу из-за желания совокупиться с матерью выглядит все же несколько наивно.

При этом понятно, что конкретные формы проявления сексуальности - культурно-обусловленные: в каждом обществе существуют определенные понятия, что дозволено, а что нет и т.д.
hugan
Jan. 9th, 2019 03:19 pm (UTC)
Да, да. ПРичем, говоря о развеитывании "врожденного" и модуляции этого процесса культурой, мне кажется важным акцентировать вот что: обычно принято говорить о культурной регуляции как о некоем высшем запретителе ("что ждохволено, что нет"), а мне кажется важным понять участие культуры (и вообще прижизненного опыта) в формировании самих "сексуальных стимулов", в "опредмечивании" сексуальности. Это нетривиальная проблема. Каждый мозг учится репрезентировать реальность заново, и делает это на своем уникадльном "внутреннем языке", зависимым от индивидуального опыта. Вопрос в том, как при этом возможно, что "сексуально-значимые" стимулы-триггеры окажутся сходными, как "инстинкт" узнает, к чему в этом персональном репрезентирующем коде привязаться? Понятно, мы все конвергируем к единому языку, единой теореме Пифагора, к выбаботке большого количества вторично изотропних вещей, позволяющих нам понимать друг друга, но при этом надстроенных над уникальным индивидуальным репрезентирующим кодом/опытом. Вот, видимо, то же происходит и с сексуальностью. Ребенок-маугли, выросший в сильно чужой среде, наверняки и сексуальные триггеры будет иметь довольно сильно отличные от обычных, как и сам способ прочтения-восприятия, скажем, очертаний человеческого тела - будет у него довольно необычным. Я уж не говорю о всяуих специфических и нетипичных опредмечиваниях как триггеров ("фетишаи" и пр и пр), так и поведенческих ответов.

Мне кажется важным и клоючевым понимание роли среды и культуры в этом развертывании "врожденных" вещей (как, впрочем, и некая собственная их семантика - но для ее понимания надо понимать механизм развертывания, а тут много неясного..). Так, рассуждая исключительно в рамках информационный процессов (в т ч репрезентации), мы приходим к тем же воспросам, которые по-совоему пытались решать психоаналитики: как детский опыт проявляется потом во всем, включая сексуальность.