egovoru (egovoru) wrote,
egovoru
egovoru

Categories:

Над вымыслом слезами обольюсь

Когда заходит разговор о том, имеет ли художник право на создание собственной версии реальности, обычно я - на стороне художника. Но недавно мне попалось произведение, возмутившее меня именно чрезмерной вольностью обращения авторов с фактами. Так что есть хороший повод задуматься, где же, собственно, пролегают границы допустимости художественного вымысла?


Я имею в виду "Очарование зла", фильм Михаила Козакова о жизни русской эмиграции в Париже в 30-е годы прошлого века, поставленный им незадолго до смерти. Главный герой становится агентом НКВД и осуществляет, среди прочих поручений, убийство Игнатия Рейсса. И его фамилия - Болевич, и другие факты его биографии не оставляют никаких сомнений, что речь идет о конкретном историческом лице - Константине (Болеславовиче) Родзевиче. Беда в том, что никаких доказательств того, что Рейсса убил именно Родзевич, не существует - более того, детали его деятельности как агента вообще не ясны.

В книге Алена Бросса, очевидно использованной как основа сценария, произведен анализ немногих имеющихся сведений. К книге никаких претензий нет - там факты четко отделены от сделанных из них выводов, и читатель сам может судить, насколько последние обоснованы. Но фильм-то всю историю просто показывает, как несомненно имевшую место быть - что, на мой взгляд, совершенно недопустимо. Что же отличает эту ситуацию от тех, где, по моему мнению, автор в своем праве?

1) Когда Довлатов пишет про "Андрюшу с голым задом" или Булгаков - про "Аристарха Платоновича" с "Иваном Васильевичем", речь идет о мелких человеческих слабостях, а здесь - о серьезном преступлении.

2) И Вознесенский, и Станиславский с Немировичем - известные деятели культуры, и у нас есть возможность сравнить предлагаемый миф с отзывами других их знакомцев и таким образом составить более объективное мнение; Родзевич же - фигура малозаметная, и для многих этот фильм станет единственным источником сведений о нем.

3) В отличие от, например, Моцарта и Сальери у Пушкина, герои фильма - вовсе не обобщенные образы, носители определенных свойств человеческой натуры, так что несовпадение их с реальными прототипами не имеет значения; наоборот, их конкретика всячески подчеркивается.

4) Использование биографии реального человека ничем не оправдано с художественной точки зрения; полностью вымышленный или композитный персонаж вполне мог бы выполнить ту же задачу.

5) Произведение в целом не слишком удачно - как этот фильм, который, несмотря на претенциозное название, никакого проникновения в природу зла не дает. Так что тот чудовищный риск, который взяли на себя его авторы, оказывается к тому же напрасным.

Одним словом, хочется напомнить авторам, что мы ведь пашем на погосте, и надо бы быть поосторожнее.

Tags: o mores, кино
Subscribe

Posts from This Journal “кино” Tag

  • Ибо есть на земле благородство

    Тем, кто считает, что современный мир уже окончательно погряз в цинизме, я советую посмотреть «Полдарк». То, что нынешние актеры еще способны…

  • Ханотэин нэ камот багоим толабот балэумим

    Российские кинозрители помнят Грегори Пека по «Римским каникулам» и «Золоту Маккенны», а у себя на родине он больше всего известен как Аттикус…

  • Когда ход событий приводит к тому

    Июль – месяц, богатый историческими датами. Я поймала себя на искаженном представлении о хронологической последовательности июльских катаклизмов,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments