Category: лытдыбр

snail

Солнце встает над рекой Хуанхэ

В этом году – как, впрочем, и в предыдущем, а также три и четыре года назад – команда США заняла первое место на Международной школьной олимпиаде по математике. Хотите знать фамилии ее членов? Жу, Танг, Хуанг, Ванг, Робитейль и Ван – в порядке убывания суммы набранных ими очков. Иными словами, пятеро из шести – китайского происхождения. Kнижка Эми Чуа – рассказ о том, как достигается такой результат.

Collapse )

snail

Заправлены в планшеты космические карты

В конце 80-х я побывала в каком-то клубе на вечере Владимира Войновича. Он тогда жил в Германии и приехал с первым визитом в перестроечный Союз. Не помню, читал ли он отрывки из своих произведений или просто отвечал на вопросы, но у меня осталось от него впечатление человека редкой душевной чистоты – или, что то же самое, внутренней свободы.

Collapse )

snail

Eh bien, mon prince

«Война и мир» – книга для меня значимая. Мне повезло: школьное ее изучение не ограничилось «дубиной народной войны» и «ролью личности в истории». Вернувшись к ней через много лет, я, хоть и досадуя на периодическое занудство графа, им же самим заклейменное как «Die erste Kolonne marschiert», все же не могла не отметить, что – силен мужик!

Collapse )

snail

И, главное, вечный маяк впереди – университет

Обучение в замечательной школе, куда мне повезло попасть, имело и негативные последствия: университет вызвал у меня настоящий шок. Школа укрепила в нас желание «дойти до самой сути» – независимо от того, сколько времени на это потребуется. Университетское же образование заключалось в обрушивании на головы студентов Ниагары знаний в надежде, что в этих головах застрянет хоть что-нибудь :)

Collapse )

snail

Кофе, кошки, Мандельштам

Ахматовская формула столь же гениальна, как и ее стихи: попробуйте-ка переместить любой элемент этой триады в ей противоположную? С выбором напитка мне определиться довольно легко (кофе); а вот что касается животных и особенно поэтов...

Collapse )

snail

На черных носилках несут

Признаюсь, я была разочарована, когда прочла, что под «вчерашним солнцем» автор подразумевал Пушкина, т.е., «солнце нашей поэзии». Я-то поняла его буквально – и уже представила себе великую катастрофу, угасание любезного светила! А то, что оно легко уместилось на носилках, нисколько меня не обеспокоило: мой ум уже был закален другим поэтом, панибратски обращавшимся с солнцем в стихотворении из школьной программы.

Collapse )