?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: религия

Юрий Слезкин пишет: «Все милленаристские секты, посвящающие себя братству и бедности – мужские движения. Большевизм был агрессивно и откровенно фаллическим. Его героем был кузнец, énorme et gourd, а иконой военных лет – красный клин. Его главным врагом было болото и все «похожее на кисель». Женщины рожали детей, дети порождали семьи, а семьи «рождали капитализм и буржуазию постоянно, ежедневно, ежечасно, стихийно и в массовых масштабах» (тут он слегка передергивает для красного словца: у Ленина капитализм порождают все же не семьи, а «мелкое производство»).

Дальше, дальше, как и шли!Collapse )

Об «Исповеди глупца» я впервые узнала в юности, от Нины Берберовой, которая была знакома с последней женой Стриндберга и оценила эту книгу очень высоко: «В двадцатом веке люди раскрыли себя, как никогда до того не раскрывали. Все – о себе, все книги. Обнажение того, что раньше было тайной. Одним из первых сделал это Стриндберг (если не считать Руссо) в 1893 году. <...> Мы продолжаем в известной мере идти по этому пути (Стриндберга-Жида) и говорим о себе то, о чем молчали наши отцы и деды». Заинтригованная, я кинулась читать, но быстро обнаружила, что «Исповедь» – манифест самого патологического женоненавистничества, гораздо ядовитее «Крейцеровой сонаты» или «Сыновей и любовников».

Приобретенные над мноюCollapse )

Имя Юрия Слезкина вызвало у меня в пямяти только вот это: «Беллетрист Юрий Слезкин сидел в шикарном кресле. Вообще все в комнате было шикарно, и поэтому Юра казался в ней каким-то диким диссонансом. Голова, оголенная тифом, была точь-в-точь описанная Твэном мальчишкина голова (яйцо, посыпанное перцем). Френч, молью обгрызенный, и под мышкой – дыра. На ногах – серые обмотки. Одна – длинная, другая – короткая. Во рту – двухкопеечная трубка. В глазах – страх с тоской в чехарду играют». Оказалось, однако, что у того яйцеголового беллетриста есть внук-историк, тоже Юрий Слезкин, недавно написавший «сагу о русской революции».

С Интернационалом воспрянет род людской!Collapse )

Сталкиваясь с агрессивным неприятием чужого мнения у соотечественников, я в первую очередь думаю о семидесяти годах под мудрым руководством партии, когда мнение могло быть только одно. А между тем, собака тут гораздо глубже зарыта.

Сказал мне: иди и убей!Collapse )

В детстве у нас была популярна игра «в ассоциации». Энтони Гринвальд и его коллеги разработали Implicit Association Test для выявления инстинктивных предпочтений. Объекты для ассоциации там задаются экспериментатором, а измеряемым параметром служит время, за которое испытуемый выносит свое решение. Вот здесь можно протестировать себя по целому ряду больных вопросов (причем даже по-русски!).

Я люблю, в том нет вины, все четыре этих цветаCollapse )

Совесть – наш «встроенный прибор» для решения моральных проблем. Опыт, однако, показывает, что совесть говорит одному человеку – одно, а другому – совсем другое, особенно если эти люди принадлежат к разным культурам. Некоторым, например, совесть велит избивать дочь за то, что она ходила по улице без головного убора.

Позволяющая безошибочно отличать дурное от доброгоCollapse )

Из всех чисел первой десятки единица вызывает у нас самые сильные страсти: от «единица – вздор» до «ты царь, живи один». Из-за двусторонней симметрии нашего тела нам везде мерещится дихотомия: право – лево, день – ночь, добро – зло. Четыре – число наших конечностей, ножек у стола и колес у машины; даже Евангелия у нас четыре – для вящей устойчивости. Пять и десять – это число пальцев на одной и двух руках, соответственно, и потому – основа нашей самой распространенной системы счисления.

Добрых чувств на земле пятьCollapse )

Перечисляя гипотезы, пытающиеся объяснить происхождение религии, Дэниел Деннет упоминает одну, мне прежде не попадавшуюся. Одно из самых распространенных проторелигиозных действий – гадание, многие ритуалы которого благополучно дожили и до наших дней. С эволюционной точки зрения это должно означать, что в гадании все же есть какая-то польза, несмотря на то, что ни баранья лопатка, ни кофейная гуща, ни орел-решка не содержат никакой дополнительной информации о существе дела. Похоже, скорейшее принятие хоть какого-то решения, неважно, правильного или нет, оказывается в целом все же более выгодным, чем постоянное пребывание в положении Буриданова осла.

За ворота башмачок, сняв с ноги, бросалиCollapse )

Читаю хорошую книжку по истории христианства и в очередной раз пытаюсь понять, каким образом его центральной идеей могло стать нечто столь противоестественное, как проповедь сексуального воздержания. Положим, Ева была назначена сосудом греха еще Ветхим Заветом, но все-таки еврейский закон не просто рекомендовал, а даже обязывал человека жениться. А Павел и иже с ним не могли же не понимать, что последовательное воплощение в жизнь их принципа неизбежно привело бы к прекращению человеческого рода – и все-таки почему-то это их не заботило.

Огненные буквы возвещали имя: СмертьCollapse )

В Багдаде все спокойно

Распространенное нынче убеждение, что ислам есть источник всего мирового зла, как-то не находит во мне достаточного отклика. Положим, Оттоманская империя, действительно, производит несколько унылое впечатление (да и то, надо думать, только от недостатка у меня знаний о ней), но уж арабы!.. Ведь если бы не они, еще неизвестно, что сохранилось бы для нас из античного интеллектуального наследия, не говоря уже об алгебре, алхимии и алгоритмах. Их искусство восхитительно – от архитектуры до каллиграфии. И даже религиозной нетерпимости (в которой ислам больше всего и обвиняют) в Гранаде при халифах было меньше, чем стало после того, как туда пожаловали Фердинанд с Изабеллой. Вот мне и кажется, что религия, которая хоть в каких-то исторических условиях была способна на создание подобной цивилизации, не может быть уж совсем безнадежной?..

Откуда все пошлоCollapse )




Журнал egovoru
Powered by LiveJournal.com
Designed by Ideacodes